Меню
16+

Общественно-информационная газета «Просто газета»

05.05.2015 08:42 Вторник
Категория:
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 17 от 05.05.2015 г.

Светлана Поносова: История и реликвии моей семьи

Автор: Светлана Поносова
Источник: "Просто газета" № 17(299) от 5.05.2015 г.

Великая Отечественная Война прошла по нашей семье и оставила свой след. Не все остались живы к концу войны…

Подписан будет мир, и вдруг к тебе

домой,

К двенадцати часам, шумя, смеясь, пророча,

Как в дни войны, придут слуга

покорный твой

И все его друзья, кто будет жив к той

ночи…

Константин Симонов.

 

Моя семья родом из Сибири. Наш дед Никита родился в 1895 году, был красным партизаном, а бабушка Зина в 1900-ом. Они жили в зажиточных селах Алтайского края, недалеко от города Барнаула. Их мы считаем родоначальниками нашей большой семьи. Они дали ей корни и внутрисемейный уклад. И все, входящие в нашу семью, придерживались простых правил жизни, заложенных ими еще в начале 20 века: не лгать, много трудиться и быть благородными во всем.

 

Уже семьдесят лет нет войны, а ПАМЯТЬ все вытаскивает и выдает новые грани этой страшной беды, которая застряла практически в каждой нашей семье. Годы и болезни забирают от нас ветеранов войны, проживших внутри ее целую жизнь, и никогда на поверку с этой войной не расстававшиеся. Дети войны уже повзрослели настолько, что их седины сравнялись с отцовскими. Но и они уже уходят из жизни. Все меньше остается живых свидетелей той грозной, страшной, тревожной жизни. Поэтому так дорога каждая крупица, оставившая свой след о войне и истории нашей Родины.

В моей семье и семье мужа воевало все мужское население. Но оказалось, что мы мало знаем о наших родных, прошедших горнило войны! Сначала мы были детьми, и нам не рассказывали о войне, а когда мы повзрослели, уже не осталось родных, которые сегодня нам так бесконечно дороги. Только документы могут поведать нам историю семьи и еще оставшиеся в живых родственники. Вот уже много лет я запрашиваю документы о своем отце, ищу информацию в Интернете. Сайты «Мемориал» и «Подвиг народа» раскрывают постепенно информацию о войне. Но военные документы моего отца до сих пор, по видимому, остались с грифом «секретно». Поэтому расскажу о неожиданных находках в нашей семье, родных моего мужа, с которым мы прожили уже 52 года.

Еще не прошло и года, как наша семья похоронила Киселеву Надежду Никитичну, старшую дочь красного партизана, дожившую до 92 лет, нашу маму, свекровь, бабушку, прабабушку и прапрабабушку. Она была нашей совестью, хранительницей большой семьи, нашим поверенным в делах семейных. Она умела хорошо рассказывать о своей жизни, никогда не навязывала своего мнения, но твердо стояла за справедливость. Разгребая наши «передряги», она могла с юмором отвести их от опасной черты. Возможно и по этому, мы прожили столько вместе с мужем, а я столько же со свекровью.

Она проводила мужа на фронт, продолжала жить в Барнауле, и как все оставшиеся в тылу, была участником трудового фронта. Во время войны, много и надрывно работала там, куда посылала ее организация. Молодая, 19 лет, ей приходилось сутками работать на тяжелых подсобных работах. Молодежь часто направляли в пригородные колхозы на уборочные работы. После войны получила образование, работала в сельскохозяйственном институте, в лаборатории. Получила звание «Ветеран труда», была уважаемым человеком. Последние 18 лет жила в Амурской области, в городе Белогорске, вместе с сыном и его семьей. И к концу жизни стала получать поздравления к Дню Победы 9 Мая от Президентов России.

 Из своих собственных наблюдений, могу сказать, что люди, пережившие войну, навсегда остались очень терпимыми к лишениям и боли. Мы никогда не слышали от нее претензий к сегодняшним дням, жалоб на кого-либо. Самым удивительным было ее умение обходиться малым, экономить, при этом оставаясь всегда хорошо одетой и сытой. Все дети, внуки и даже правнуки получали от нее подарки, при том, что пенсия у нее была всегда небольшой. Её теперь уже нет с нами, а ее жизнь осталась нам в фотографиях. Вот, например, совсем маленькая потертая фотография 4х5 с подписью на обороте: «Мужу от жены Н. Киселевой» и дата 22.10.44 г. 

Маленький кусочек войны. Оказывается, фотография свекрови и нашей бабушки воевала вместе с ее мужем и вернулась домой.

 Разбирая ее архивы после смерти, ничего не ожидая увидеть нового, я вдруг обнаружила документы, про которые она мне никогда не говорила. Отдельный пакет, уже пожелтевший. А в нем: Свидетельство о рождении ее отца — Киселева Никиты Андреевича 1895 г. р. и свидетельство о браке с Мамонтовой Зинаидой Степановной 1900 г.р., ее мамой, который был зарегистрирован 6 января 1919 года. Боже мой, почти сто лет назад! А так же Удостоверение бывшего красногвардейца и красного партизана и еще документ без названия, что-то похожее на трудовую книжку ее отца с первой записью от 1929 года и последней в 1938 году. Для меня это было настоящим открытием. Когда держишь в руках свидетельства о жизни твоих родных такой давности, не только любопытство, но и величайший интерес начинает двигать тобой. 

В нашей семье знали, что Дед Никита, как мы его звали, партизанил в Сибири и воевал с Колчаком, устанавливал Советскую власть на Алтае, где родился и вырос, а потом еще долго работал на разных работах и учил нас уму-разуму. Но что есть такой уникальный документ как Удостоверение бывшего красногвардейца и красного партизана, подтверждающий факт участия в Гражданской войне, вот этого я не знала. А уникальность его, и правда, велика.

Совсем немного истории нашей страны. Еще 19 июля 1919 года Политбюро ЦК РКП (б) приняло решение «О сибирских партизанских отрядах». Большевистским организациям предписывалось объединить партизан в крупные соединения, а частям Красной Армии проводить совместные операции с ними.

Самым обширным районом партизанского движения стала Алтайская губерния. Отряды Ефима Мамонтова и Игнатия Громова в октябре 1919 года объединились в партизанскую Армию, численность которой доходила до 40 тыс. человек. Партизанская армия контролировала 500 сел юга Алтайского края и Семипалатинской области, где была восстановлена Советская власть. Эта армия освободила и села Павловского района Алтайской губернии, где родились и выросли Никита Андреевич и Зинаида Степановна Киселевы, вступившие в брак во время Гражданской войны. Деду Никите было за что бороться.

Освободив свои села, большинство партизан вернулось к работе на земле. От Советской власти они ждали свободы и помощи в развитии сельского хозяйства. Но начались «продразверстка», раскулачивания и всякие перегибы в политике в отношении крестьянства. Имея опыт партизанской войны, в ответ на такие действия большевиков крестьяне вновь начали «бунтовать».

Партийное руководство понимало необходимость особого подхода к бывшим партизанам. В условиях крестьянского бунта первоначальные установки большевиков на жесткое подавление любых признаков «партизанщины» подвергались значительному пересмотру. В 1920-е годы был принят курс на максимальное вовлечение бывших партизан в «социалистическое строительство», предусматривался ряд льгот и привилегий участникам Гражданской войны. Одновременно устанавливался тщательный надзор органов ОГПУ за «антисоветски настроенными» партизанами.

Звания партизана были лишены многие из тех, кто не подчинился установленному порядку, даже если их активное участие в партизанском движении не вызывало сомнения. Регистрация участников Гражданской войны прошла в очень жестких условиях и проверках в 1933-1934 годах. Удостоверение бывшего красногвардейца и красного партизана выдавала специальная комиссия.

Наш Дед Никита получил Удостоверение бывшего красногвардейца и красного партизана за № 505 в 1934 году 22июля, Протокол комиссии №17 п.24. А вместе с ним льготы на себя и свою семью, причем, после смерти партизана, льготы все сохраняются. Интересная строка из документа: «Кулаки и все граждане, лишенные права выбирать в советы, не имеют права на эти льготы». А льготы действительно впечатляли.

Держать в руках такой документ, который сохранил время, очень волнительно. Свои знания о партизанском движении я получила еще в Высшей партийной школе Хабаровска в 1983-85 годах, когда нашего Деда Никиты уже не было в живых. И тем трогательнее теперь пересказать его боевую историю, историю его юности и совсем по-другому посмотреть на ту часть его жизни, о которой он, улыбаясь, говорил: «У нас были сильные кулаки, и мы умели драться». Фотография в Удостоверении не дает права усомниться в этом. Молодой, красивый, боевой!

Со своей женой они родили трех дочерей и одного сына. Старшая дочь стала моей свекровью. Заложили и создали свою родословную, у истоков которой уже больше века стоят и живут бессмертно в фотографиях и воспоминаниях.

Я пришла в эту семью в 1962 году, выйдя замуж за сына Надежды Никитичны Киселевой, и застала Деда Никиту еще живым. О таких людях говорят – кремень мужик. Мог и слово сказать, и сдачи дать, и работать много. Не зря у него в послужном списке есть все специальности: слесаря, плотника, сантехника, шофера, кочегара, конюха и много других. А этот документ «Удостоверение» давал льготы учиться ему и его семье БЕСПЛАТНО. Это тридцатые годы Советской власти! Были и другие льготы, но эта заставила задуматься. Поэтому все дети деда Никиты, три дочери и сын, получили хорошее по тем временам образование. И внуки его, и правнуки тоже стали образованными людьми.

В связи с этим невольно вспоминаю свое детство и встречу с отцом, когда он вернулся с фронта, мамино желание выучить детей и непременно дать им высшее образование и то, как отец учил маму читать и писать по ночам. Так и случилось. Мы, три сестры, получили высшее образование и не одно. Мама всегда гордилась нами. Это ее грело в старости, они дружно общалась с моей свекровью, вместе помогали нам выстаивать в жизненных ситуациях.

Но, оказалось, не только дедовы документы бережно хранила свекровь. В пакете были Красноармейская книжка Поносова Игоря Васильевича, моего свекра, его военный билет и фотографии, а также «Трудовой список», тоже наподобие трудовой книжки, с первой записью от сентября 1923 года. А заканчивался «Трудовой список» записью 12 апреля 1941 года: «Призван на военные сборы в войсковую часть. Приказ №76 от 12.04 41». 

Свекровь рассказывала, что до начала войны она мужа уже больше не видела. Пожелтевшие странички, потертые на сгибах, вызывают к себе уважение своим видом, напоминанием о близких тебе людях.

Как много могут рассказать документы. Игорь Васильевич родился 13 сентября 1909 года в г. Оса Молотовской (Пермской) области в семье по тому времени очень образованных родителей. Он учился в Андреевской школе второй ступени в Новосибирске с 1923 по 1928 год. Получил специальность конструктора архитектора. В этом же году был зачислен по специальности чертежника в Запсибстройобъединение с окладом 75 рублей, затем переведен в конструкторы уже с окладом в 90 рублей. И дальше двигался по служебной лестнице, как свидетельствует «Трудовой список», успешно. Был руководителем больших строек. Уже после войны окончил Томский строительный техникум.

А служить в Красную Армию пошел еще до начала войны. Это был досрочный призыв, как написано в красноармейской книжке. С апреля 1941 года был начальником цикла на строительстве оборонительных сооружений в 188 отдельный саперный батальон, чертежником. Он рисовал карты местности боевых действий. Копировал их. Карта для военного была, что называется, вторые глаза. И когда разведчики уходили на задание, они добывали карты у немецких офицеров. Немецкие карты, по рассказам Игоря Васильевича, были очень подробными, четкими.

 В 1942 году он был уже в оперотделе штаба 4 Ударной армии, а с 27.06.1944 года – зав. делами оперотдела там же по 11 ноября 1945 года. И еще одна запись в военном билете – чл. ВКП(б) с 1945 года. Как он сам рассказывал, на войне это была сложнейшая работа на опережение. Линия фронта всегда должна была иметь коммуникации и оборонительные сооружения для солдат. А карта местности давала возможность использовать все преимущества территории против врага.

Сегодня, листая красноармейскую книжку Игоря Васильевича, вспоминаются очень немногочисленные его рассказы о войне. И, как подтверждение его рассказов, вот эта красноармейская книжка. В ней зафиксировано все, что выдавалось красноармейцу в ходе службы в 1941-1942 годах и время его сдачи. Вещевое имущество красноармейца–чертежника состояло из гимнастерки, шаровар суконных, ватных и хлопчатобумажных, шинели, пилотки, шапки и т. д. Но не предполагало никакого оружия, кроме саперной лопатки и противогаза. И только у замполита был пистолет. Есть его фотография января 1942 года, где видно, чем и как экипирован солдат–чертежник. 

Однажды на строительстве оборонительных сооружений прорвались немцы, и замполит поднял свое отделение в атаку с одним пистолетом и саперными лопатками бойцов. Полегло, наверное, немало бойцов, бой шел, считай, врукопашную. И силы были неравными. Приказав оборонять сооружение, замполит выполнил свой воинский долг, был ранен. Оставшиеся в живых получили не только урок войны, но и оружие. Правда, в начале войны его еще не хватало. Рядом с героизмом и мужеством наших бойцов было много такого, о чем не хотят вспоминать ветераны. Неоправданные жертвы, сколько их было. Только тот, кто прошел эту мясорубку войны мог бы рассказать об этом. Но время ушло, ушли и люди. Оставшихся можно пересчитывать уже по пальцам.
В конце 1945 года Игорь Васильевич Поносов вернулся домой с наградами: медалями «За боевые заслуги» и «За победу над Германией» и в звании лейтенанта, которое ему было присвоено Приказом № 0108 от 29.11.1945 года.
Все это я узнала из найденных документов, которые так долго, целых 70 лет, хранила моя свекровь. Игорь Васильевич рано ушел из жизни, в январе 1965 года. И мне не так много давилось общаться с ним, но запомнился он навсегда.
Моя встреча с ним началась необычно. После традиционных приветствий последовал вопрос: «А вы знаете, как звали отца Евгения Онегина?». Уже потом я узнала, что он наизусть знает весь текст «Евгения Онегина» и многие стихотворения Пушкина, что он очень начитан, А.П. Чехов для него, как бальзам надушу, что он играет на гитаре и банджо, много занимается фотографией, любит рыбалку. Но особенно любит свою первую внучку, за которую искренне меня поблагодарил. Архитектор и художник в душе, он любил все красивое и гармоничное. Поэтому пока был здоров, часто ездил на природу просто отдохнуть. Приучил нас к этому. Это стало не только традицией, но и потребностью. Его фотографии настолько хороши, тут можно увидеть и корзины с груздями, и заливные луга, и пойманную рыбу, и озера Алтая, что можно разглядывать их часами.
Для такого человека война была диссонансом, и он не любил говорить о ней много. Когда его сын, Владимир Игоревич Поносов, окончил Алтайский Политехнический институт им. Ползунова и встал вопрос о двухгодичной службе в Армии, решение было однозначным: СЛУЖИТЬ.
Таким образом, мы оказались на Дальнем Востоке, я стала женой лейтенанта на два года и смогла в полной мере почувствовать армейский уклад жизни. Вот только поделиться своим опытом с Игорем Васильевичем уже было невозможно, его не стало. Третье поколение нашего рода прикоснулось к службе Родине и получило еще один жизненный опыт.
Но остался жив еще один ветеран и участник Великой Отечественной войны, которого мы очень любим и которым по праву гордимся. Как пишет сайт Министерства обороны Российской Федерации: Котловцев Николай Никифорович (род. 5 сентября 1926 года в г. Троицке Челябинской обл.), военачальник, генерал-полковник (1982), командующий ракетной армией (1974-1985), начальник Военной академии им. Ф.Э. Дзержинского (1985-1988). В Советской Армии с 1944. Окончил Новосибирское военно-пехотное училище (1947), военную академию им. М.В. Фрунзе, Высшие академические курсы при Военной инженерной академии им. Ф. Э. Дзержинского (1967) и при Военной академии Генерального штаба им. К. Е. Ворошилова (1982).
Николай Никифорович — муж сестры моей свекрови. Для нас он дядя, для моего мужа родной дядя. Наша семья всегда гордиться им. Но искренне любим его не за звания, а за то отношение к нам, родным, которое было всегда: когда он был лейтенантом, и когда стал генералом. Для нас он пример для подражания, когда трудолюбие и чувство справедливости побеждает. О нем много написано статей, воспоминаний его друзей по службе. Мы перезваниваемся. В этом году ему исполниться 89 лет, и я желаю ему еще долго здравствовать!
Сейчас Николай Никифорович живет в Москве. Он такая же легендарная личность, как Дед Никита, с которым был хорошо знаком и о котором с большим уважением говорит и сегодня.
Семейные реликвии – это фотографии разных времен прошедшего столетия. Теперь еще и документы, сохраненные и оставленные Надеждой Никитичной, моей свекровью. И я понимаю теперь, насколько они были дороги ей, человеку, через чью судьбу прошли коллективизация, война и послевоенное время. Я сама родилась в том столетии, прекрасном, не простом. Там все читали, там смеялись дети. И бедность – не вела разруху в дом. Я осталась старшей в роду Киселевых – Поносовых после смерти свекрови и хранительницей этих реликвий. Мне очень хочется, что бы мои дети, внуки, правнуки знали свои корни, берегли честь и достоинство нашей семьи. Для этого я пишу этот материал, для этого стараюсь быть объективной и честной в своем пересказе событий!


У А.С. Пушкина есть грандиозная фраза: «Гордиться славою своих предков не только можно, но и должно. Не уважать оной есть постыдное малодушие». Мы, наша семья, ПОМНИМ и продолжаем искать все новые факты славы наших отцов.

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи.